Лекарство от "желтухи"

Евгений Киселев

Свинцовые времена" - так, кажется, называется фильм немецкого режиссера Маргарете фон Тротта. Вот эти самые свинцовые и даже в чем-то роковые времена наступили сейчас для российской прессы. А точнее, для той ее части, что все еще занята серьезным и, по возможности, объективным отражением реальности; той, что, находясь в последние годы в явном меньшинстве, находит-таки возможности для полемики с властью.

Такую прессу принято именовать "качественной". Она - гражданский и профессиональный антипод "желтой", бульварной прессы.

Посмотрим, однако, что происходит. Одни газеты закрываются вовсе, в других - неожиданная смена руководства, третьи едва тянут лямку, четвертые - в глубокой финансовой яме, откуда им без посторонней помощи не выбраться: "Русский курьер", "Газета", "Независимая газета"... В грозовой фронт попали и "Московские новости". В чем же дело? Спонсоры и собственники недовольны коммерческой отдачей продукта и требуют перемен. Срочных. Журналистский корпус лихорадит от перспективы массовой безработицы. Общая тенденция настолько очевидна, что приходят мысли о невидимой руке, умело спровоцировавшей газетный кризис с целью задушить остатки свободной прессы.

Что ж, власть действительно создала для прессы крайне неблагоприятный фон. Рекламные деньги идут в заведомо безопасные и, простите за невольный каламбур, "аполитично рассуждающие" издания. Тем не менее нельзя не согласиться с мнением генерального секретаря Союза журналистов России Игоря Яковенко: пенять только на "злые происки" чиновников или Кремля - значит заниматься упрощенчеством. Сегодня в России качественная пресса не является бизнесом, но при этом пытается соревноваться с "желтой" за сердца и умы рекламодателя. Однако соревнование это не просто бесперспективно и бессмысленно. Оно нелепо по определению. В гражданском обществе качественная и "желтая" пресса строго разделены и пересекаются разве что в инвективах грамотной менеджерской политики. Поясню, о чем речь.

На Западе мало примеров тому, чтобы качественное издание по щучьему велению верховного босса вдруг мутировало бы в таблоид, перейдя таким образом на коммерческие рельсы и начав зарабатывать денежку.

Нет, там все делается иначе. В любой уважающей себя газетно-журнальной империи таблоиды и качественные издания живут душа в душу под одной издательской крышей. Так, мирно сосуществуют бульварная "Сан" и респектабельная "Таймс", "кричаще-желтая" "Бильд" и умеренно-консервативная "Вельт"... При этом таблоиды, занятые в основном добыванием средств, служат, по сути, финансовой подпиткой наиболее престижному изданию медиахолдинга, его "визитной карточке", чье неотъемлемое предназначение - формировать общественное мнение, влиять на умонастроения политического класса и принимаемые им решения. Сфера ответственности при этом строго поделена. То есть мухи (деньги и прибыль) - отдельно, котлеты (влиятельность и политический вес) - отдельно. Зато в общем знаменателе - и рост тиражей, и прибыль, и общественно-политическое влияние. Так завоевывали позиции на рынке Мондадори и Эрсан, Джерри Голдсмит и Кэтрин Грэхем. Но, как известно, родину не выбирают. Она все еще идет "особым" путем. Однако выступая в эфире, газетах и на демонстрациях, мы всеми силами приближали времена личной ответственности. Сегодня они наступили. Некоторым теперь кажется наступили - на них. Проще, разумеется, переложить вину на злые силы и дикий рынок. Проще принять иждивенчество как закон жизни и, подставив жадный клюв, требовать все новых вливаний в коммерчески не состоятельное издание или объяснять владельцу устройство западного рынка. Но более достойно и продуктивно находить свой выход из положения. Чтобы не зайти в тупик.