Загадочное начинание

Беседы о том, намерен ли В.В. Путин баллотироваться на третий срок - с надлежащим изменением конституции, ибо иначе невозможно, - давно уже превратились в сказку про белого бычка. В.В. Путин неоднократно открытым текстом говорил, что идти на третий срок не намерен, однако частью общества это интерпретировалось таким образом, что тем более намерен, а все заявления суть не более, чем коварные уловки, имеющие целью усыпить бдительность. Разговор делался бессмысленным. Если однозначные заявления президента на этот счет заслуживают доверия, то вопрос снят. Если не заслуживают, то нужно либо потребовать от В.В. Путина какой-то особой страшной клятвы (но таких требований не звучало), либо прямо сказать, что мы лучше знаем, чего на самом деле президент в сердце своем хочет (но и таких заявлений не было). При такой упертости, наверное, лучше закрыть тему и разойтись, потому что тех, кто все доподлинно знает, убедить все равно ничем невозможно.

Оно бы скорее всего так и было, когда б не доброхоты, с упорством, достойным лучшего применения, верноподданно выступающие с третьесрочной инициативой. Отчасти ими может двигать осознание того, что сложившаяся политическая система, замкнутая на одно-единственное лицо, в самом деле не слишком приспособлена для замены этого лица на другое. Отчасти - желание покадить начальству, базирующееся на искренней вере в то, что всякий достигший высшей власти не может не желать править вечно. С этими самозарождающимися призывами покончить можно лишь одним способом - ввести норму, согласно которой за призывы пойти на третий срок полагается уголовный срок. И то не факт, что поможет.

Такую слабость человеческую можно было бы принять как некий фон, на который можно не обращать внимания, когда б не другая слабость человеческая: склонность считать любое подобное заявление инспирированным властью. Без прямой-де санкции Кремля до такого додуматься невозможно, провозгласить - тем более. Идея о том, что, будь у Кремля такие замыслы, В.В. Путин с меньшей однозначностью говорил бы о нежелании менять конституцию (зачем ставить себя в ложное положение?), интерпретаторам не приходит, ибо власть по определению не может не лгать, хотя бы ей был от этого один вред.

Но сказка про белого бычка может быть надоедливо-однообразным сюжетом, от которого вреда немного, а может быть использована и для более интересных комбинаций. Почин североосетинского движения "Согласие и стабильность", решившего начать рекламную кампанию за референдум о третьем сроке, может стать примером такого грамотного использования. Тут интересно то, что осетины-сверхсрочники решили рекламировать свое начинание в одной-единственной общенациональной газете - "Коммерсант", т.е. в СМИ, связанном с известными лицами и придерживающемся известной идеологии. Что несколько странно. Примерно как рекламировать тамбовскую ветчину в тегеранской газете - и ни в каких других СМИ.

Такой избирательности, явленной верноподданными осетинами, можно предложить два объяснения. Либо, исполнившись дьявольской хитрости, Кремль пускает пробные шары и готовит в свою пользу общественное мнение через СМИ, принадлежащие баронам-изгнанникам, а бароны ничего не знают или знают, но разводят руками: "А что мы можем сделать?" Либо бароны, исполнившись дьявольской бесхитростности, проводят активные мероприятия в прессе, даже не заботясь о том, чтобы запетлять следы. Что, кстати, не глупо. Целевая аудитория активных мероприятий, т.е. наша освободительная общественность и западная публика, - люди, вполне готовые верить в то, что им и так было очевидно. При такой доверчивой аудитории дополнительное заметание следов (как это делали встарь ЦРУ и КГБ при своих активных мероприятиях) - лишние хлопоты и лишние издержки. Съедят и так. Проверить, какая из версий справедлива, довольно просто. Нужно лишь подождать новых публикаций на интересную тему. Если они будут исходить из того же источника, персона заказчика станет довольно очевидна.

Максим Соколов